Рынок и рыночная экономика

Protyazhno.ru

О простом смысле экономики

Сегодняшние представители экономической науки очень любят подчеркивать абсолютную неизбежность пугающей многих объемистости их теоретических трудов, используя зачастую в качестве эпиграфа для таковых следующие известные слова своего великого коллеги Альфреда Маршалла: "Любое краткое изложение экономических идей способствует заблуждениям (исключая, возможно, данное мое утверждение)". Настоящей статьей, однако, мы планируем доказать как раз прямо противоположное – что основные положения собственно фундаментальной экономической теории вполне могут быть изложены буквально на нескольких страницах, ибо исходная базовая сущность экономики сама по себе удивительно проста.

Природа проста и не роскошествует излишними причинами вещей.

И.Ньютон

Теории, которые постепенно приспосабливаются к наблюдаемым данным, приводят к нагромождению разрозненных утверждений.

А.Эйнштейн

Уровень прогресса прямо связан с уровнем абстрагирования.

Дж. К.Максвелл

Сегодняшние представители экономической науки очень любят подчеркивать абсолютную неизбежность пугающей многих объемистости их теоретических трудов, используя зачастую в качестве эпиграфа для таковых следующие известные слова своего великого коллеги Альфреда Маршалла: "Любое краткое изложение экономических идей способствует заблуждениям (исключая, возможно, данное мое утверждение)" Настоящей статьей, однако, мы планируем доказать как раз прямо противоположное - что большой объем может быть сколько-нибудь оправдан разве что только в том особом случае, когда речь идет о многогранном анализе многочисленных конкретных ситуаций, встречающихся в реальной хозяйственной практике людей. Основные же положения собственно фундаментальной экономической теории вполне могут быть изложены, как далее и будет сделано, буквально на нескольких страницах, ибо исходная базовая сущность экономики сама по себе удивительно проста. Многословие же здесь является прямым следствием просто недостаточной степени понимания освещаемой проблематики, т. е. за ним прячется элементарная неспособность точно осмыслить, а следовательно - и ясно изложить, главные аспекты того или другого коренного вопроса.

В этом смысле современная экономическая теория действительно характеризуется, к сожалению, как и предупреждал в приведенном в качестве эпиграфа высказывании Альберт Эйнштейн, буквально бросающейся в глаза разобщенностью многих своих главных разделов, отсутствием необходимой согласованности в самих подходах к трактовке освещаемых в них явлений. Иначе говоря, названная теория на самом деле представляет собой именно подчеркнутое им вынужденное нагромождение многочисленных разрозненных утверждений, что и является главной причиной переживаемых ею сегодня весьма серьезных трудностей, хорошо известных специалистам. Вот как описывает, например, это ее состояние в предисловии к русскому изданию известной книги Марка Блауга "Экономическая мысль в ретроспективе" член-корреспондент РАН В.С. Автономов: "После того, как марксистская парадигма экономического анализа была отправлена "на заслуженный отдых", в области экономической теории у нас образовался некий вакуум, который, естественно, заполняется некритически заимствованными фрагментами западной экономической теории. Слово "фрагменты" употреблено не случайно. Дело в том, что современная западная экономическая наука не знает такого жанра, как типичный для прошлого века трактат под названием "Принципы политической экономии", в котором в единую систему увязываются все экономические закономерности. Отдельные отрасли экономического анализа настолько специализировались, что даже самые синтетические умы не способны создать оригинальную теорию, охватывающую все"

При этом сама названная Автономовым специализация хотя и несет в себе, конечно, определенное рациональное зерно, но в целом никак не может быть объяснена просто накоплением достаточно большого объема знаний, требующим введения обычного для таких случаев общественного разделения труда. Напротив, - она во многом определяется именно неспособностью экономической науки объяснить все изучаемые ею явления с неких принципиально единых позиций, вследствие чего таковая и разделяется на множество почти не взаимоувязанных между собой отдельных направлений. Именно поэтому знаменитый Йозеф Алоиз Шумпетер, особо подчеркнув в своей фундаментальной "Истории экономического анализа" несомненную "важность специализации, в результате которой (на сравнительно поздней стадии) возникли отдельные науки", специально уточняет затем далее (речь у него идет сначала о специализации научного поиска в целом, но все сказанное в полной мере относится, как мы увидим, и к вынужденной специализации внутри собственно самой экономической науки), что "этот процесс специализации никогда не следовал никакому рациональному плану - явному или неявному. Совокупность наук,- продолжает он,- никогда не имела логичной структуры, она похоже скорее на тропический лес, чем на здание, возведенное по плану... В особенности это относится к экономической науке, не являющейся строгой наукой, наподобие акустики, а скорее совокупностью плохо упорядоченных и непересекающихся областей знания вроде "медицины". Поэтому мы будем приводить определения экономической науки у других авторов,- добавляет Шумпетер,- прежде всего для того, чтобы поразиться их неадекватности, но сами не будем придерживаться ни одного из них"

И действительно - отмечаемое Шумпетером многообразие существующих определений экономической науки, зачастую прямо противоречащих друг другу, настолько поражает, что попросту вынуждает сделать следующий не очень приятный для экономистов вывод: глубинный смысл экономики как таковой вообще ускользает от их понимания. "В первой половине ХIХ века,- пишет по этому поводу в упомянутой выше своей книге сам Марк Блауг,- ...экономика (т. е. изучающая ее теория - И.Л.) рассматривалась как исследование "природы и причин богатства народов" (Смит), "законов, которые регулируют распределение произведенного на Земле" (Рикардо) и "законов движения капитализма" (Маркс). Однако после 1870 г.,- указывает он,- экономику стали рассматривать в качестве науки, которая анализировала "человеческое поведение как отношение между данными целями и ограниченными средствами, имеющими альтернативные возможности применения" - удачное определение, сформулированное в 1932 г. Роббинсом: при буквальном понимании этой дефиниции многое из происшедшего ранее теряет право называться экономической наукой. После двух столетий заботы об увеличении ресурсов и росте потребностей с 1870 г. экономика стала в основном исследованием принципов, управляющих эффективным распределением ресурсов при условии, что и ресурсы, и потребности заданы заранее.

Классическая экономическая теория,- продолжает Блауг,- была настолько же макро-, насколько и микроэкономикой; неоклассическая теория была уже только микроэкономикой; макроэкономика вновь обрела себя при посредстве Кейнса и в течение десятилетия или около того фактически заменила микроэкономику" Затем эти два направления, добавим от себя, фактически разделись, существуя хотя и в рамках одной неоклассической теории, но практически обособленно друг от друга. А в конечном счете, повторим еще раз, экономическая наука вообще распалась на множество почти невзаимосвязанных между собой отдельных утверждений, что прямо свидетельствует как раз о непонимании ею глубинной сущности всей экономической действительности в целом. Отсюда, заметим, и отмеченное выше многословие, обусловленное отсутствием у автора возможности выразить свою мысль простым и доходчивым языком, базирующимся именно на таком едином понимании. Вот эту главную проблему экономической науки мы и хотели бы теперь по возможности ликвидировать, предложив простое и наглядное (и как следствие - предельно краткое) объяснение самой сути экономики.

Начнем же мы решение данной задачи с выбора наиболее естественной аксиоматики - ведь в целом вообще ничего нельзя сделать, как справедливо заметил Архимед, не имея точки опоры. Не существует, соответственно, и научных теорий без положенных в их основу определенных аксиом, и правильный выбор последних играет очень важную роль, во многом определяя итоговый уровень всей построенной на данном фундаменте теоретической концепции в целом. Так что всегда следует очень ответственно относиться к выбору подобного фундамента, на котором и возводятся затем уже сугубо логические теоретические построения. Основная же рекомендация по формированию требуемой аксиоматической базы напрямую содержится в тех самых словах Исаака Ньютона, которые, являясь основным эпиграфом к настоящей статье, во многом определяют и все ее итоговое содержание. В полном своем виде это его знаменитое высказывание представляет собой первое из специально сформулированных им четырех главных принципов познания природы - дословно: "Правил философствования" - и выглядит в "Математических началах натуральной философии" следующим совершенно недвусмысленным образом: "Не должно принимать в природе иных причин сверх тех, которые истинны и достаточны для объяснения явлений... Природа ничего не делает напрасно, а было бы напрасным совершать многим то, что может быть сделано меньшим. ПРИРОДА ПРОСТА И НЕ РОСКОШЕСТВУЕТ ИЗЛИШНИМИ ПРИЧИНАМИ ВЕЩЕЙ" !

Именно из последней, наиболее важной здесь для нас ньютоновой мысли как раз и следует упомянутая выше основная рекомендация по формированию той исходной аксиоматической базы, которая и должна закладываться в основу любой заслуживающей внимания теории: нужно обязательно стремиться использовать как можно меньшее число исходных аксиом, в пределе - всего одну, с позиций которой можно было бы объяснить абсолютно все исследуемые явления! Необоснованное же "размножение" таких аксиом, т. е. именно "роскошествование излишними причинами вещей", как раз и приводит к тому самому "нагромождению разрозненных утверждений", о котором специально говорилось выше. Только уяснив для себя все это, мы можем смело переходить теперь к главной задаче настоящей статьи.

Другие материалы

Структура капитала как метод защиты от враждебного поглощения Какие действия может предпринимать компания, для того чтобы избежать враждебного поглощения? Оказывается, структура капитала корпорации может быть использована как один из методов блокирования или снижения вероятности попыток ее враждебног ...

Во что обходится нерациональная оргструктура Оптимизация оргструктуры дает возможность повысить эффективность компании. Но сам процесс изменений далеко не прост. В статье рассмотрены реальные ситуации из практики. Их опыт поможет предостеречь от основных ошибок. Организационная с ...